Uber — штраф почти 825 млн евро за автоматическую блокировку водителей

Коротко. С 2018 по 2022 год Uber деактивировал аккаунты водителей полностью автоматически — по сигналам о подозрении на мошенничество и низким оценкам клиентов, без проверки человеком. Нидерландский регулятор по защите данных (Autoriteit Persoonsgegevens, AP) признал это нарушением GDPR — европейского регламента о защите персональных данных, который за узкими исключениями запрещает полностью автоматизированные решения, существенно затрагивающие человека. В августе 2026 года AP наложил штраф почти 825 млн евро.

Что изменили

Программное обеспечение Uber отслеживало поведение водителей и оценки пассажиров и автоматически блокировало аккаунт при подозрении на мошенничество или низких оценках. Человек в этой цепочке не участвовал: «There was no human assessment here» — прямое заключение AP. Водителей, по заключению AP, недостаточно информировали об автоматическом принятии решений. Жалобу подал 171 водитель во Франции через правозащитную организацию Ligue des droits de l’Homme («Лига прав человека») и французского регулятора персональных данных CNIL; дело перешло к нидерландскому AP по механизму «единого окна» GDPR — правилу, по которому жалобу в ЕС разбирает регулятор страны, где у компании головной офис.

Как измерили

Основа — решение независимого надзорного органа по итогам официального расследования, а не самоотчёт компании и не решение суда по существу. На странице решения AP пишет об отсутствии человеческой оценки. Независимо эту практику подтверждает решение апелляционного суда Амстердама от 4 апреля 2023 года (ECLI:NL:GHAMS:2023:793) по отдельному делу против Uber. Слабое место: Uber подал апелляцию — финальное решение суда пока не вынесено. Это уже четвёртый штраф, который AP наложил на Uber: 600 тысяч евро в 2018 году, 10 млн евро в 2023-м (за непрозрачность и доступ к данным) и 290 млн евро в 2024-м (за передачу данных водителей в США) — к автоматической деактивации относится только штраф 2026 года.

Что получилось

AP наложил штраф 824 990 000 евро — около 1,9% мирового оборота Uber за 2025 год (44,5 млрд евро) при максимуме по GDPR 4% (ст. 83(5)). По данным AP, Uber уже прекратил нарушения, но подал апелляцию: компания заявила, что «категорически не согласна» с решением и считает штраф непропорциональным; по её словам, большинство блокировок кратковременны, а постоянные проверяет человек (TechCrunch, 23.08.2026).

Почему так вышло

Причина — в конструкции процесса, а не в единичной ошибке: решение принималось без участия человека, а водителей недостаточно информировали об этом. Регулятор не уточняет, работала ли там модель машинного обучения (то есть ИИ в строгом смысле) или обычный набор правил. Статья 22 GDPR запрещает такие решения, если они существенно затрагивают человека, за узкими исключениями. Блокировка аккаунта — это потеря дохода для водителя.

Чему учит

Если алгоритм сам принимает решение, существенно затрагивающее человека (здесь — лишающее водителя дохода), GDPR за узкими исключениями запрещает исполнять его без человеческой оценки.
Наказывают не за использование ИИ или автоматизации как таковой, а за отсутствие человека в цепочке решения и отсутствие объяснения пострадавшему.
Штраф 2026 года — четвёртый для Uber от AP, но три предыдущих касались других нарушений (прозрачность, передача данных в США), так что говорить о «наращивании санкций» за одну практику нельзя.
Жалоба дошла до регулятора через правозащитную организацию, а штраф вынесен в 2026 году за практику 2018–2022 годов: юридический риск автоматизированных решений реализуется не сразу.

Источники

Uber fined nearly 825 million euros for automated driver blocking — Autoriteit Persoonsgegevens, 21.08.2026.
Dutch regulator fines Uber 825 million euros over automated driver blocking — ppc.land, август 2026 (расчёт доли оборота).
Uber faces fine of nearly $1B over automated driver suspensions — TechCrunch, 23.08.2026 (ответ Uber).

Уровень доказательности: A. Решение независимого регулятора по итогам расследования, первичный документ в открытом доступе. Штраф обжалуется, окончательный итог не определён; регулятор пишет о «software», факт использования именно модели машинного обучения (в отличие от более простой автоматизации) не установлен; случай засчитан как решение регулятора об автоматизированных решениях (ст. 22 GDPR), а при строгом требовании ML перешёл бы в смежную автоматизацию.